Мне не терпелось поскорей отправиться к месту раскопок.
Друзья-ученые теперь в полном сборе, и я узнаю, как они приняли мою "поэму". Я решил: занятия по высшей теологической арифметике проведет мой ассистент, сам же я немедленно отправлюсь на раскопки.
Однако пришлось остаться, ассистент меня подвел.
Оказывается, он сам был на раскопках и, как зачарованный, слушал удивительный рассказ Луи и Лема.
Мой ассистент родился с душой поэта, он был восторженный энтузиаст, и его воображение напоминало микроскоп, о котором я рассказывал.
Добросердечный и искренний по природе, он всегда стремился к благородным, высоким идеалам.
Он был не чета своему брату, Лему Гулливеру.
Даже в имени, которым я его одарил, заключалась похвала, но мой ассистент звался сэром Галаадом по праву{40}. Он не знал, что символизирует его имя, как и Лем Гулливер, но я-то знал и полагал, что хорошо справился с ролью крестного отца.